читать дальше
- Ты, конечно, - говорит она, - страдаешь от нехватки внимания, вызванной неумением совершать необходимые ради коммуникации ритуалы, - она задерживает дыхание, - но ведь не настолько же?
Я мастерю топик из шелкового платка. Завтра я собираюсь пойти в таком виде на практику.
Я наклоняюсь к зеркалу, забираю челку наверх, эх, жаль, кожа недостаточно загорелая. Так я была бы похожа больше.
- Ты серьезно, - продолжает она. - Нет, ты серьезно, больная эксбиционистка? Ну какой из тебя Люцифер? Ну какой блядь из тебя владыка преисподней, взгляд коего вызывает оргазм и недержание? Ты рехнулась, дура?
Я щурюсь. Свет дрожит, не в силах выдержать конкуренцию со стороны моей ауры.
- Может, - говорю, - я он и есть? Может, я скрываю от себя этот прискорбный факт.
- От себя ты скрываешь только одно, - голос ее нисходит до шипения. - Бедная маленькая девочка, не умеющая ни любить, ни принимать любовь. И не научишься, слышишь? Ты слышишшшшь меня?
- Ага, - отвечаю, - голубенький лак - это достаточно люциферисто?
Мой взгляд скользит по коридору.
Нарисованные цветы (шелкография, десять лет как пожухли) поблескивают.
- Вокруг столько любви, - произносит она. - Единственное, что ты сможешь, это описать ее. Всю, которую встретишь. И вся она будет, разумеется, не для тебя. Радуйся, что хотя бы ее видишь.
Я не узнаю лица, которое отражается в зеркале.
- Видеть, - говорю, - Не-на-вииииидеть.
Я хочу завязать себе глаза. Чтобы каждый шаг было страшно делать, и я могла доверять лишь голосу (Левее. Ты не знаешь, где лево? И право?! Замри!).
- Умри, - приказываю я. - Умри, тварь. Я тебя не знаю.
Она поправляет очки. Ее образ отпечатывается на сетчатке, Господи, кого она мне напоминает?
Откуда у тебя мое лицо, верни его, верни.
- Напоследок, - говорит она, - контрольный, так сказать. Ведь я тебя люблю, и поверь, я знаю, чего ты действительно можешь достигнуть. Помнишь розовенькое платьице, в котором ты собралась под венец?
Я делаю вид, что задумалась. О не трогай его, оставь его, не смей!
- Как думаешь, - она говорит, - для восьмидесятилетней, это будет не слишком вызывающий фасон?
Я опускаю глаза.
И сгибаюсь от хохота.
@темы:
какой-то свой путь в мудрые книги